Локомотив, который мы тащим

5 Сентября 2011 CNews
IT News
05/09/2011


Интервью с Олегом Гизатулинным,
Вице-президентом компании Открытые Технологии

Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что именно государственный заказ удержал российский IT-рынок от глобального провала в кризисные 2009-2010 годы. Практически всё снижение объемов продаж пришлось на коммерческого заказчика, а поставки в государственные структуры сохранялись практически на докризисном уровне. По сути дела, госзаказ стал локомотивом, который вытянул IT-рынок и придал ему ускорение для быстрого восстановления после кризиса.

Товарищ, я вахты не в силах стоять…

Сейчас ситуация обратная – заметные темпы роста рынка в основном связывают именно с корпоративным сегментом и частным заказчиком. Покупательская способность населения выросла, а кризис в очередной раз отбил у людей охоту к накоплениям. В корпоративном сегменте главный тренд – повышение эффективности работы бизнеса, и многие компании готовы инвестировать в модернизацию инфраструктуры, автоматизацию внутренних бизнес-процессов.

В сегменте же государственных закупок резкого усиления спроса не наблюдается. Причиной тому столкновение двух противоположных тенденций. С одной стороны, следуя заданной президентом России моде на ИТ и инновации, федеральные и региональные чиновники кинулись внедрять информационные технологии во все возможные сферы, автоматизировать все внутренние процессы, и IT-бюджеты стали расти как на дрожжах. Но с другой стороны, Министерству связи и массовых коммуникаций было поручено производить аудит IT-бюджетов, формируемых другими ведомствами. И, судя по всему, не зря. Стремление показать себя современным и инновационным зачастую приобретало чрезмерные формы. К тому же далеко не все начинания вписываются в общефедеральные программы модернизации органов власти. Так что большей частью IT-бюджеты остались на уровне прошлых лет. В этой ситуации наиболее вероятным вектором увеличения государственных расходов на ИТ станут федеральные целевые программы. Плюс, возможно, отдельные региональные проекты, вписывающиеся в общую стратегию инновационного развития государства.

Вот так, незаметно, локомотив, в течение двух лет тащивший российский IT-рынок из возможного провала, превратился в один из вагонов этого состава. И хотя он не тянет рынок назад, но и былую ведущую роль начал терять.

Огни в моей топке совсем не горят…

Немалую роль в торможении роста государственного сегмента IT-рынка играет, как мне видится, далекая от совершенства система проведения госзакупок. Попытка применить механизм электронных аукционов (с их абсолютной доминантой цены) к высокотехнологичной сфере привела к плачевным результатам. Дискуссия о неэффективности и некорректности применения 94-ФЗ к IT-отрасли регулярно возобновляется в бизнес-среде. И хочется сразу ответить на гневные заявления отдельных блоггеров, что это не разговоры о полной отмене данного закона – нельзя отрицать его эффективность как инструмента борьбы с коррупцией в сферах поставок готовой продукции. Когда мы говорим о поставках шпал для строительства железных дорог, мы подразумеваем, конечно, определенные технические требования к этим шпалам, но в рамках этих ограничений главенство цены неоспоримо. Если шпалы не гнилые, не сделаны из неприемлемой мягкой древесины, если пропитаны нужным составом против гниения, то остается лишь сравнивать предложения поставщиков по цене.

Но как сформулировать требования к высокотехнологичной продукции? Или, что еще сложнее, к высокоинтеллектуальным услугам? В итоге конкурсы на государственные поставки стали выигрывать маленькие компании, не обладающие ни должной квалификацией, ни необходимым инженерным штатом. Чтобы выиграть заказ, они готовы опускать цену до минимальной маржи в 1-2%, а ведь из этого кошелька оплачивается инженерный и технический штат. Т.е. под влиянием существующей схемы госзакупок на рынке возникла тенденция к резкому снижению профессиональной экспертизы его участников.

Порой победитель сам обращается к другим участникам с запросом на выполнение выигранных работ, поскольку не в состоянии это сделать своими силами. Но цена уже упала ниже себестоимости. Обычно это заканчивается тем, что конкурс приходится переигрывать, а это потеря времени и денег заказчика.

В последнее время ситуация стала приобретать и вовсе криминальные формы. На рынке стали появляться компании, которые регистрируются в предстоящих аукционах, а затем предлагают остальным участникам за дополнительную плату не «ронять» цену.

Безусловно, не существует идеального механизма, гарантирующего, с одной стороны, абсолютную прозрачность и некоррупционность конкурса, а с другой – получение заказчиком необходимого товара или услуги в оговоренные сроки и соответствующего качества. Но то, что нынешняя схема проведения государственных закупок разрушает интеллектуальную составляющую российского IT- рынка, неоспоримый факт. И без кардинальных изменений в этой сфере сегмент госзаказа, ставший в кризис спасителем рынка, превратится в его губителя.

На палубу вышел …

Есть у IT-отрасли и другая негативная тенденция. Заметное сокращение маржи у дилеров, которое наблюдается последние пару лет, вызвано не только повсеместным внедрением электронных аукционов. Конечно, пока еще у российских представительств даже самых крупных мировых компаний недостаточно развита инфраструктура, чтобы перейти к модели прямых продаж, но их интерес к такой перестройке рынка заметен и начал проявляться в отдельных конкретных шагах. В частности, вендоры стали брать на себя отдельные логистические функции, открывают в России склады, самостоятельно осуществляя растаможивание товара. Но самое главное – активное развитие инженерного штата и предложение заказчику технических сервисов вместе с оборудованием. А ведь это извечная вотчина российских интеграторов. В России нет собственных мощных проектировочных компаний, нет соответствующих производств, как в Китае. По сути дела, мы получаем готовые оборудование и софт из-за рубежа, и основная часть добавленной стоимости, производимой в России, это инженерные, интеграторские работы.

Безусловно, огромное значение для нашей страны имеет развитие собственных компаний-разработчиков – это стратегическая основа будущего российской высокотехнологичной отрасли. Мы планомерно превращаемся в простого потребителя решений и продуктов, а все доходы от этих продуктов уходят за рубеж.

Очень часто говорят о взрывном развитии IT-отрасли в Индии и Китае. Да, Китай – это мировая фабрика по производству современного оборудования, а Индия – главный поставщик программного кода в мире. Но не будем забывать, что все проектные работы и разработка, всё самое современное и высокотехнологичное производство, работы по сбору итоговых кодов – все это остается прерогативой США и нескольких европейских стран. Основная – интеллектуальная – составляющая конечной стоимости никогда не будет передана ни в Китай, ни в Индию. Другое дело, что и при таком раскладе Индия и Китай активно вкладываются в развитие сферы собственных разработок.

В России же основными вкладчиками в развитие инженерного потенциала остаются зарубежные компании. Например, телекоммуникационный департамент Siemens активно привлекает воронежских студентов к работе в своем региональном представительстве: участию в инженерных проектах, работе в call-центре. А все это не просто недорогая рабочая сила – это еще и прекрасное хэдхантерское агентство, регулярно отбирающее десятки самых талантливых студентов, вербуемых затем на работу в Европе. И этот интеллектуальный ресурс для нас потерян.

Вывод один: без активного государственного вмешательства в решение этих двух самых актуальных проблем IT-развития никакие проекты вроде Сколково не сделают Россию мировым центром инноваций и технологических разработок.

К нему подбежали с холодной водой, Надеясь привесть его в чувство…

Итак, российская IT-отрасль остро нуждается в новом локомотиве, который помог бы стране сохранить инженерный и интеллектуальный ресурс, посодействовал структурным изменения рынка и вывел отрасль на новый виток развития. Наиболее вероятным кандидатом на эту роль сегодня выступает проект электронного правительства.

При прошлом министре связи основной упор в информатизации государственных органов делался на закупку оборудования, строительство data-центров. Это, безусловно, важный этап развития инфраструктуры государства, но нынешняя его стадия несет в себе гораздо более существенный заряд. Внедрение комплексных решений, таких как электронный документооборот, предоставление государственных услуг в электронном виде и пр. – все это стимулирует в отрасли активное расширение работ по проектированию и разработке. А значит, растет спрос на квалифицированные технические кадры, на развитие и сохранение инженерного потенциала страны.

Ключевое условие успешной реализации проекта электронного правительства – наличие политической воли. Возглавить проект должно одно из первых лиц государства, способное настойчиво добиваться его практической реализации. Сегодня рынок предлагает целый ряд готовых решений в этой области, и в целом ряде регионов уже есть примеры их успешного и высокоэффективного внедрения. То есть мы имеем мощную поддержку этого проекта, так сказать, «снизу». Теперь дело за «верхами» – мощный политический толчок заставит процесс перейти из стадии разрозненных внедрений и обсуждения общих идей к этапу успешного и всеобъемлющего внедрения. По сути дела, этот проект в нашем постиндустриальном обществе может стать такой же основой для мощного и стабильного развития страны, какой в индустриальной Америке 20-х годов прошлого века стал рузвельтовский план строительства дорог.

Олег Гизатуллин,
первый вице-президент компании «Открытые технологии»

http://www.it-weekly.ru/news/interview/169044.html




Предыдущая новость:
«ОТ-Ойл» открыла направление консалтинга для компаний ТЭК
Следующая новость:
«Калин фонд»: не нужно спасать весь мир, помоги одному человеку